• Главная
  • »

Судебная практика по вопросам банкротства обзор с 21 по 27 ноября 2021

Информируем о позициях судов в сфере банкротства с 21 по 27 ноября 2021 года.

***

Верховный суд решал спор об обоснованности привлечении экс-руководителя банка к субсидиарной ответственности.
Определение ВС от 17.11.2021 года по делу № А41-90487/2015 (305-ЭС17-7124 (6)).

Обстоятельства.

Банк был признан несостоятельным (банкротом). Агентство по страхованию вкладов, являющееся арбитражным управляющим имуществом должника, обратилось в суд с заявлением, в котором просило привлечь к субсидиарной ответственности восемь контролирующих должника лиц. 

Позиция судов.

Суд первой инстанции привлек к ответственности только пять указанных в заявлении лиц, в остальной части в удовлетворении требований арбитражного управляющего было отказано. Апелляция отменила решение нижестоящего суда в части привлечения одного из лиц к ответственности. Суд округа указал, что к ответственности должно быть привлечено еще одно лицо, а именно гражданин П. и отправил спор на новое рассмотрение.

Рассматривая спор по второму кругу, судом первой инстанции было установлено, что гражданин П. с 2014 года занимал должность заместителя председателя Правления банка, а начиная с апреля 2015 года исполнял обязанности председателя Правления. Кроме того он входил в состав кредитного комитета, помимо этого ему принадлежали  проценты в капитале банка.

На основании доводов агентства суд установил, что у банка возникли признаки неплатежеспособности в июне 2014 года, а на дату отзыва лицензии размер недостаточности стоимости имущества составлял около 2,5 миллионов рублей. Причиной банкротства должника послужило совершение сделок, на основании которых реальные денежные средства были замещены на заведомо невозвратную ссудную задолженность.

Судом было отмечено, что поскольку гражданин П. занимал руководящие должности в период совершения подозрительных сделок, то он мог влиять на принимаемые банком решения, кроме того он одобрил заведомо невозвратные кредиты двум гражданам, а также обществу с ограниченной ответственностью.

Также суд указал, что занимая должность в качестве исполняющего обязанности председателя правления, гражданин П. не предпринял никаких мер, чтобы предотвратить банкротство банка, в частности не обратился в совет директоров с предложением о принятии мер по финансовому оздоровлению.

Таким образом, суд пришел к вывожу о наличии оснований для привлечения гражданина П. к субсидиарной ответственности.

Апелляционный суд и суд округа оставили решение нижестоящего суда без изменений.

Позиция Верховного суда.

При рассмотрении спора гражданин П. неоднократно указывал, что с апреля 2015 года он не работал в должности заместителя председателя правления, а лицензия у банка была отозвана в ноябре 2015 года. Также ответчиком было указано, что в преддверии банкротства банка им были совершены сделки по выдачи ссуд юридическим и физическим лицам на сумму свыше двух миллиардов рублей, что повлекло для него неблагоприятные последствия. В свою очередь подозрительные сделки были совершены уже после того, как он покинул должность заместителя председателя, а соответственно он не мог принимать в них никакого участия. Также гражданин П. отмечал, что он был привлечен к ответственности за выдачу кредитов двум гражданам на сумму 5 миллионов рублей, однако это не могло привести к банкротству должника, а выданные кредиту обществу, были им возвращены в полном объеме. Гражданин П. возражал относительно выводов суда о том, что им не были предприняты меры по выводу банка из кризиса и указывал на то, что такие меры не могли быть им совершены, поскольку за весь период правления (три недели) он находился на листе нетрудоспособности, фактически исполняя руководящую должность всего лишь пять дней.
 
Судами нижестоящих инстанций не дана оценка указанным доводам заявителя. 

Судам при разрешении спора необходимо поименно устанавливать вовлеченность каждого конкретного ответчика в совершение вменяемых сделок применительно к каждой из них. Тот факт, что лица занимали одну и ту же должность в банке еще не означает потенциальной тождественности выводов в отношении их вины.

Суд должен проверить, являлся ли конкретный ответчик инициатором или потенциальным выгодоприобретателем существенно убыточной сделки.

Возвращенные кредиты не могут быть вменены контролирующему лицу как сделки, приведшие к банкротству должника, так как отсутствует такой квалифицирующий признак как вред кредиторам от их совершения. Соответственно, ответчику могли быть вменены не полностью возвращенные кредиты, выданные физическим лицам. Однако очевидно, что сделки на общую сумму пять миллионов рублей не могут являться существенно убыточными с точки зрения масштабов деятельности кредитной организации.
 
В такой ситуации, когда размер причиненного вреда не соотносится с деятельностью должника и не способен привести к его банкротству, суд вправе самостоятельно переквалифицировать требование о привлечении к субсидиарной ответственности в требование о возмещении убытков.

Спор направлен на новое рассмотрение.

***

Суд округа оставил в силе решения нижестоящих судов об отказе исключать из конкурсной массы ? доли в праве собственности на жилое помещение.
Постановление АС от 26.10.2021 года по делу № А41-14107/2016 (106960_2174430).

Обстоятельства.

В 2012 году гражданин Ф. купил жилой дом, площадь  которого составляла 525 квадратных метра. Спустя два года дом был продан гражданину Р, а тот в свою очередь перепродал его обществу  «АМВ-Инвест».

В 2016 году решением Арбитражного суда гражданин Ф. признан несостоятельным, введена процедура реализации имущества. По ходатайству арбитражного управляющего сделки по отчуждению жилого дома были признаны недействительными, в связи с чем спорное имущество было возвращено в конкурсную массу должника путем признания за ним права собственности. 

На собрании кредиторов было принято решение об отказе в исключении спорного жилого дома из конкурсной массы должника.

Должник обратился в Арбитражный суд с ходатайством, в котором просил исключить из конкурсной массы ? доли в праве собственности спорного жилого дома. Доводы заявителя сводились к тому, что спорное помещение является единственным жильем для его проживания и членов семьи.

Позиция судов:

Судом первой инстанции было установлено, что 1/2 доля в праве собственности на жилой дом была зарегистрирована за супругой должника согласно решению районного суда от 2017 года. Кроме того в спорном помещении были зарегистрированы сам должник, его бывшая супруга, родители должника и несовершеннолетняя дочь. Согласно сведениям Росреестра, иного жилого помещения за родителями должника и его дочерью зарегистрировано не было.

Решением Арбитражного суда сделки, совершенные должником по отчуждению жолого дома были признаны недействительными. Принимая указанное решение суд первой инстанции пришел к выводу о том, что сделки были совершены должником через заинтересованное лицо в пользу третьего лица по заниженной цене, для скорейшего вывода имущества из конкурсной массы, в то время как у должника сформировалась задолженность перед кредиторами. Следовательно, решением суда установлен факт злоупотребления правом со стороны должника в отношении имущества, об исключении которого он ходатайствует в настоящем деле.

Таким образом, ходатайство должника было оставлено без удовлетворения.

Апелляционный суд поддержал выводы нижестоящего суда и указал на то, что должник был зарегистрирован в спорном жилом помещении уже после того, как было возбуждено производство по делу о его банкротстве. Кроме того, согласно выписки из ЕГРП установлено, что место преимущественного пребывания должника находится совсем по иному адресу.

Позиция суда округа:

Жилое помещение изначально не расценивалось должником в качестве единственного пригодного для проживания в нем и распоряжение им осуществлено со злоупотреблением правом.

Согласно Постановлению КС от 26.04.2021 N 15-П если по делу установлено, что само приобретение жилого помещения, формально защищенного таким иммунитетом, состоялось со злоупотреблениями, наличие которых позволяет применить к должнику предусмотренные законом последствия злоупотребления, то суды вправе отказать гражданам-должникам в защите прав, образующих исполнительский иммунитет.

Довод должника об отсутствии решения собрания кредиторов о предоставлении ему и его родителям замещающего жилья не является основанием для отмены принятых судебных актов. Этот вопрос может быть поставлен на разрешение собрания кредиторов.
Решения нижестоящих судов были оставлены в силе.

***

В Верховный суд поступила жалоба конкурсного кредитора на решения нижестоящих судов, которыми роскошный жилой дом и земельный участок были исключены из конкурсной массы. 
Определение ВС о передаче от 19.11.2021 года по делу № А50-16438/2017 (309-ЭС21-14612).

Обстоятельства.

В 2015 году гражданин М. и его супруга подарили своей дочери жилой дом общей площадью 394 квадратных метра и земельный участок, площадью 1217 квадратных метра. 

В 2017 года право собственности спорного недвижимого имущества перешло к супруге гражданина М. путем составления договора дарения между дочерью (дарителем) и матерью (одаряемой). В этом же году гражданин М. был признан несостоятельным, открыто конкурсное производство и утвержден финансовый управляющий.

В 2018 году спорное имущество вновь перешло по договору дарения в собственность дочери.

В 2019 году в рамках дела о банкротстве должника вышеуказанные договора дарения были признаны недействительными в судебном порядке, применены последствия недействительности сделок, в связи с чем жилой дом и земельный участок были возвращены в конкурсную массу должника.

Должник обратился в суд с заявлением об исключении из конкурсной массы жилого дома и земельного участка. Доводы заявителя были мотивированы тем, что спорная недвижимость является единственным жильем для его проживания, а также для его семьи.

От финансового управляющего также поступило заявление, в котором он просил разделить спорную недвижимость на две части следующим образом: выделить должнику в жилом доме в натуре помещение площадью 18 кв.м. и соответствующей части земельного участка, исключив указанные части из конкурсной массы. Выделить в жилом доме в натуре оставшееся помещение площадью 376,2 кв.м. и соответствующей части земельного участка и оставить их в конкурсной массе должника. 

Заявления финансового управляющего и должника объединены в одно производство.

Позиция судов:

Суды трех инстанции удовлетворили требования заявителя, исключив жилой дом и земельный участок из конкурсной массы. Суды пришли к выводу, что спорное имущество отвечает признакам единственного пригодного для проживания должника и его супруги жилья.

Отказывая в удовлетворении ходатайства финансового управляющего суды сослались на то, что жилой дом является совместной собственностью супругов, поскольку он строился в период заключения брака между супругами. Экономическая целесообразность для конкурсной массы в таком разделе отсутствует, поскольку расходы на реконструкцию, включая получение проектной и разрешительной документации, непосредственно строительные работы, регистрационные действия и издержки на проведение торгов несоизмеримы с предполагаемыми доходами от продажи.

Конкурсный кредитор обратился с кассационной жалобой в Верховный суд, в которой  указывал, что оснований для исключения жилого дома и земельного участка из конкурсной массы не имеется, поскольку у должника отсутствуют зарегистрированные права на указанное имущество. Кроме того жилой дом обладает признаками роскошности, в нем проживает только должник и его супруга, что явно не соответствует принципу разумности. За счет продажи спорных земельного участка и жилого дома возможно полностью погасить требования кредиторов, а должнику и его семье приобрести в том же населенном пункте жилье меньшей стоимости и площади, но не менее, чем по нормам предоставления жилого помещения по договору социального найма.

Дело назначено к рассмотрению на 20 декабря 2021 года.

***

В судебную коллегию по экономическим спорам передано дело по вопросу признания гражданина несостоятельным по инициативе кредитной организации.
Определение ВС о передаче от 19.11.2021 года по делу № А55-24680/2020 (306-ЭС21-19450).

Обстоятельства.

Между ЗАО «ФИА-Банк», Сюзевым и Сюзевой был заключен кредитный договор. Условиями договора являлось предоставление банком указанным гражданам кредитной линии с лимитом в шесть миллионов рублей, под условием оплаты процентов, сроком на пять лет. Сумма займа имела целевое назначение, а именно кредитные средства должны были быть направлены на приобретение земельного участка и возведения на нем индивидуального жилого дома. Обеспечением исполнения обязательств заемщиков являлся договор об ипотеке земельного участка и договор залога транспортного средства.

В дальнейшем между АО «ФИА-Банк» и АО «Солидарность» заключен договор от цессии, согласно которому АО «ФИА-Банк» передает АО «Солидарность» права требования к должникам по кредитному договору, а так же права, обеспечивающие исполнение указанного обязательства, и другие связанные с ними требования.

В связи с просрочкой кредитных платежей гражданами Сюзевым и Сюзевой, банк направил в их адрес заемщиков требование о возврате кредитных средств. Однако данное требование исполнено не было.

Тогда банк обратился в Арбитражный суд с заявлением, в котором просил признать Сюзеву несостоятельной (банкротом), ввести процедуру реструктуризации долгов, утвердить арбитражного управляющего, а также включить требования банка в размере трех миллионов рублей в реестр требований кредиторов. Заявитель ссылался на то, что у должника имеется просроченная задолженность на сумму, превышающую пятьсот тысяч рублей в течение трех месяцев подряд.

В отношении должника было возбуждено производство по делу о банкротстве. В свою очередь должник ходатайствовал о прекращении производства по делу.

Позиция судов:

Суды трех инстанций признали заявление банка необоснованным и прекратили производство по делу. Суды исходили из того, что требования кредитора не подтверждены вступившим в законную силу судебным актом, не носят бесспорный характер, между заявителем и должником имеется спор о праве, который подлежит разрешению судом вне дела о банкротстве.

Также суды указали что между сторонами наличествует спор о размере задолженности, в настоящее время в районном суде рассматривается иск заемщиков к банку о признании незаключенным кредитного договора в части неполученных кредитных денежных средств.

Не согласившись с решениями судов нижестоящих инстанций, банк обратился с жалобой в Верховный суд. Податель жалобы указывал, что поскольку банк является кредитной организацией, обладающей специальной правоспособностью, то он вправе обращаться с заявлением о банкротстве должника без предоставления судебного акта о взыскании долга.  Кроме того, иск должника о признании кредитного договора незаключенным было подано спустя шесть месяцев после возбуждения дела о банкротстве, а ходатайство о прекращении производства по делу заявлено спустя девять месяцев после принятия заявления о признании должника банкротом.

Дело назначено к рассмотрению на 20 декабря 2021 года.

***

В Верховный суд поступила жалоба по вопросу признания операций по переводу должником денежных средств в пользу другого физического лица.
Определение ВС о передаче от 18.11.2021 года по делу № А40-72594/2017 (305-ЭС20-18526(2)).

Обстоятельства.

Научно-производственный центр был признан банкротом. В рамках данного дела конкурсный управляющий ходатайствовал перед судом о признании операций по переводу должником денежных средств в размере трех миллионов рублей в пользу гражданина К. недействительными.

Позиция судов:

Определением суда первой инстанции требования конкурсного управляющего были удовлетворены. С данными выводами согласился суд апелляционной инстанции и суд округа. Суды исходили из отсутствия в материалах дела какой-либо оправдательной документации, подтверждающей наличие встречного исполнения в пользу должника со стороны гражданина К., в том числе из отсутствия доказательств наличия между ними трудовых отношений.

Гражданин К. обратился в Верховный суд с кассационной жалобой. Кассатор отмечает, что в судебном заседании при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции им были представлены дополнительные доказательства, подтверждающие реальность совершенных сделок. В свою очередь апелляционный суд отказал в принятии указанных документов, указав на то, что невозможность представления этих дополнительных доказательств в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от подателя апелляционной жалобы, не подтверждена.

Вместе с тем, кассатор указывает, что он не мог явиться на судебное заседание в суд первой инстанции по уважительным причинам, а именно по причине заражения новой коронавирусной инфекцией (COVID-19). К жалобе заявитель повторно прилагает справку о нахождении на самоизоляции, выданную общественной организацией, благодарственное письмо Московской областной Думы за активное участие в деятельности по оказанию помощи гражданам в период борьбы с COVID-19.

Дело назначено к слушанию на 09 декабря 2021 года.


***

Верховный суд рассмотрит спор о признании торгов по продаже земельного участка, принадлежащего должнику, недействительными.
Определение ВС от 18.11.2021 года по делу № А60-38881/2013 (309-ЭС16-9270(7)).

Обстоятельства.

Индивидуальный предприниматель был признан несостоятельным. В рамках конкурсного производства трое граждан обратились в Арбитражный суд с заявлением, в которых просили признать недействительными торги по продаже земельного участка, принадлежащего должнику, а также признать недействительным договор купли-продажи, заключенный по результатам торгов.

Указанные граждане являются собственниками квартир, расположенных на земельном участке, граничащим с участком, который был отчужден на торгах. Вид разрешенного использования земельных участков, на которых расположены квартиры двух граждан – для многоэтажной жилой застройки, вид разрешенного использования земельного участка, на котором расположена квартира гражданки Х. – для индивидуальной жилой застройки.

Между указанными участками находится спорный земельный участок.

Доводы заявителей основывались на том, что должник не вправе был распоряжаться участком в той части, в которой должны быть сформированы земельные участки под возведенными этим же застройщиком многоквартирными домами. Практически весь земельный участок подлежал передаче в общую долевую собственность собственников помещений в многоквартирных домах на основании ст. 36 ЖК РФ, поскольку предназначен для обслуживания, эксплуатации и благоустройства указанных домов. Также заявители указывали, что на участке расположены тротуары, элементы озеленения, детская площадка и прочее, а подъезд к некоторым многоквартирным домам возможен исключительно через спорный земельный участок.

Позиция судов:

Суды трех инстанций оставили требования заявителей без удовлетворения и исходили из того, что на спорном земельного участке отсутствуют объекты капитального строительства, а элементы благоустройства не могут служить основанием для передачи участка в общую собственность собственников помещений в многоквартирных домах. Спорный земельный участок имеет кадастровый номер, вид разрешенного использования – для иных видов жилой застройки. Кроме того суды указали, что по сути заявленные требования представляют собой спор о границах земельных участков, на которых расположены многоквартирные дома.

Гражданка Х. обратилась в Верховный суд с жалобой. Податель жалобы указывала на то, что застройщик, ставший собственником участка, обязан был принять меры к изменению вида разрешенного использования, переформировать данные участки в новые исходя из фактического расположения возводимых многоквартирных домов и инфраструктуры, требующейся для их эксплуатации. Должник не переформировал по правилам земельного законодательства земельные участки, подлежащие передаче в общую собственность собственникам помещений в многоквартирных домах. Воспользовавшись тем, что право собственности на спорный участок  зарегистрировано за должником, финансовый управляющий реализовал этот участок, нарушив права собственников помещений в многоквартирных домах на получение не только в личную собственность построенных объектов, но и в общую долевую собственность всех земельных участков в границах, определяемых исходя из реального расположения многоквартирных домов.
 
Дело назначено к рассмотрению на 09 декабря 2021 года.

***

Верховный суд указал, что требования о возврате финансирования, которое предоставлялось на период моратория, не подлежат понижению в очередности.
Определение ВС от 17.11.2021 года по делу №А56-94223/2020 (307-ЭС21-7195 (2, 3)).

Обстоятельства.

Между банком и акционерным обществом «Росскат» был заключен кредитный договор, согласно которому сумма займа составила около двух миллиардов рублей. Обязательство обеспечивалось договором поручительства, поручителем по которому выступал ПК «Севкабель».

Кредитный договор неоднократно продлялся по согласованию между банком и заемщиком.

В результате реорганизации АО «Автовазбанк», данное общество было присоединено к банку, вследствие чего банком были приобретены акции общества «Росскат».

В связи с тем, что задолженность по договору не была погашена, банк обратился в Арбитражный суд с заявлением о признании поручителя банкротом и включении его требований в реестр требований кредиторов.


Позиция судов:

Суд первой инстанции удовлетворил требования банка и признал общество «Севкабель» несостоятельным по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, открыто конкурсное производство, требования банка включены в третью очередь реестра требований кредиторов. Суд посчитал, что наличие и размер задолженности поручителя перед банком доказано. Также судом было отмечено, что банк является санируемой кредитной организацией, а также специализированной организацией по управлению непрофильными активами, мажоритарным акционером банка с долей участия 97,7 % является Банк России. Деятельность банка направлена на реализацию государственной политики по санации финансового сектора экономики, в связи с чем у него отсутствует интерес, отличный от интереса кредиторов. Правовое положение банка по отношению к должнику является схожим с правовым положением кредитора, получившего контроль над деятельностью должника в обеспечительных целях. Кроме того, суд указал, что кредит предоставлен обществу «Росскат» в период его платежеспособности, что не может быть квалифицировано как компенсационное финансирование. 

Суд апелляционной инстанции изменил решение суда первой инстанции и постановил, что требование банка подлежат удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. Суд исходил из того, что банк является лицом, контролирующим должника. Суд посчитал, что в рассматриваемом деле имеется предоставление компенсационного финансирования, которое выразилось в неоднократном продлении срока погашения выплат по кредиту. Вывод о нахождении акций общества «Росскат» в собственности банка в обеспечительных целях является ошибочным, поскольку последний стал владельцем акций в результате реорганизации другого акционерного общества в форме присоединения к банку.

Суд округа поддержал позиция апелляционного суда.

Позиция Верховного суда:

Верховный суд отменил решения суда апелляционной инстанции и суда округа, оставив в силе решение суда первой инстанции. Верховным судом было указано, что срок кредитного договора продлевался в периоды, когда у заемщика было стабильное экономическое положение, кроме одного срока – 31 марта 2020 года.

На указанную дату неизбежность введения моратория была очевидной, поскольку закон о моратории был принят Государственной домой в трех чтениях, и сразу же был одобрен Советом Федерации. В этой связи продление срока кредитного договора от 31 марта 2020 года совершено во время моратория. 

В соответствии с разъяснениями, данными в Пленуме ВС №44 от 24.12.2020 года требование о возврате финансирования, предоставленного в период моратория, в очередности не понижается.


***

Суд округа рассмотрел спор по жалобе конкурсного управляющего о том, что суд отстранил его от исполнения обязанностей, однако в этом же деле назначил исполнять обязанности конкурсного управляющего.
Постановление АС от 17.11.2021 года по делу №А40-242420/2020 (106761_2191897).

Обстоятельства.

Потребительский кооператив был признан несостоятельным, открыта процедура конкурсного производства и утвержден арбитражный управляющий – гражданин В.

В Арбитражный суд поступило ходатайство от конкурсного управляющего, в котором он просил освободить его исполнения обязанностей конкурсного управляющего в рассматриваемом деле.

Позиция судов:

Суд первой инстанции удовлетворил заявленное ходатайство и освободил конкурсного управляющего от возложенных на него обязанностей. Вместе с тем суд, возложил исполнение обязанностей конкурсного управляющего на заявителя в том же деле, поскольку в адрес суда от ассоциации АУ поступило сообщение о невозможности представления кандидатуры арбитражного управляющего, в связи с тем, что никто из членов СРО не изъявил согласие на утверждение в деле о банкротстве должника.

Кроме того суд обязал исполняющего обязанности арбитражного управляющего провести собрание кредиторов по вопросу избрания СРО, которая должна быть представить кандидатуру арбитражного управляющего.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда нижестоящей инстанции.

В свою очередь арбитражный управляющий, которого отстранили от исполнения обязанностей АУ. Но назначали исполняющим обязанности АУ, был не согласен с решениями судов, в связи с чем обратился с жалобой в суд округа.

Позиция суда округа:

Если в течение десяти дней после того, как арбитражный управляющий был отстранен от исполнения возложенных на него обязанностей, кредиторы не представили сведения о выборе другого управляющего или саморегулируемую организацию, то кандидатуру арбитражного управляющего предлагает та саморегулируемая организация, членом которой выступал отстраненный от дела арбитражный управляющий.  Если СРО не может предложить своего управляющего, то оно обязано известить об этом суд. В этом случае заявитель по делу о банкротстве, а также иные лица вправе предложить утверждение арбитражного управляющего из другой саморегулируемой организации.

Конституционный суд неоднократно призывал законодателя гарантировать баланс прав и законных интересов в делах о банкротстве, что распространяется также на реализацию прав арбитражного управляющего. В данном случае суд напомнил о положениях Конституции, запрещающих принудительный труд, а также о праве каждого использовать свои способности и имущество для экономической деятельности.

В указанной части судебные акты нижестоящих судов были отменены.